?

Log in

No account? Create an account

Вчера | Сегодня

Прекрасного и радостного утра!

Мы начинаем новый раунд летних игр!
И сегодня я хочу предложить вам поговорить о... художниках!
Согласитесь, творчество писателей и художников чем-то сходно, хотя и очень разное.


Давайте именно об этом и поговорим - о художниках и писателях.

С правилами все, как обычно:
Лимит - 3000 знаков.
Дедлайн - до 8:00, в понедельник, 15.08.2016.

Те, кто хотел бы освежить в памяти правила конкурса, заходите вот сюда!

Комментарии

( 42 слов — Сказать )
era_elto
12 авг, 2016 06:57 (UTC)
ПОДСЧЕТ БАЛЛОВ
+ 5 баллов за публикацию поста и дополнительный бал от меня за тему :) Итого - + 6 баллов.
miradella
12 авг, 2016 08:50 (UTC)
Парень с улицы Б. Художница (Первый комментарий)
Была у Паши знакомая художница, которая могла дни напролет проводить за холстом или на природе, тоже впрочем, за тем же.
- Искусство – это нелегко, но и не сложно! – сказала Танька как-то ему, направляясь вместе с парнем на пленэр. – Вот я тебе сейчас наглядно покажу! – сказала она, вручив парню листок бумаги и карандаш.
Пашка рисованием занимался нечасто и потому перед чистым листом испытывал страх. Но унывать не было в его принципах, так что, усевшись прямо на траву, ухватил планшет с прикрепленным листком удобнее.
- Сначала проведем линию горизонта.
- А нельзя ли сначала просто накидать общие формы, а потом уже прорисовывать.
Таня уставилась на парня недоуменно, но затем, приложив к губам карандаш, о чем-то задумалась.
- Ну, - протянула она. – Я так всегда делала, меня так научили. Поэтому сделать иначе мне и не приходило в голову.
- Доведено до автоматизма? А еще, небось, говорили, что акварель с гуашью мешать нельзя?
Таня покраснела и сникла.
- Меня просто задавили тогда, - пожаловалась она, сев рядом с Пашей. – Преподаватели говорили, что ничем, кроме того, что они рекомендовали, пользоваться нельзя. Начинать нужно с отдельного проработанного рисунка, затем с тонового рисунка.
- Но зачем так сложно? – спросил Павел.
- Потому что иначе можно не соблюсти тоновые соотношения, построить неверные пропорции, перспективу.
Парень задумчиво почесал затылок.
- То есть, по их мнению, живой рисунок нельзя?
- Живой? – переспросила девушка. – Ты, что, и рисунки оживлять умеешь?
- Нет, пока не научился, - признался Павел. – Но знаю одного человека в городе. Да я и не про то. Я имел в виду набросать линии и сразу работать краской.
- Акварель сложна тем, что ее довольно сложно исправить, - задумчиво пробормотала Танька.
- И что? Случайности не случайны! – произнес парень и с воодушевлением принялся за рисунок.

nehama_leah
12 авг, 2016 09:37 (UTC)
ПОДСЧЕТ БАЛЛОВ
+4
vysochina_lera
12 авг, 2016 10:43 (UTC)
Найденная история (второй коммент)
На коленях рыжеволосой девушки, сидящей на качелях, лежит открытый блокнот – она придерживает его одной рукой. Хитрый ветер так и норовит залистнуть рисунок: черноволосый мужчина, глядящий вдаль, на фоне серо-синих туч, сдавливающих алый закат. Пальцами девушка касается плотной шероховатой бумаги, лица мужчины, написанного акварелью. «Кто же ты такой?» - говорит про себя художница, легонько отталкиваясь от земли и поднимая взгляд. Жемчужное небо наливается глубиной; позади остается мощная ветвь дуба с золотыми листьями. «Может быть, ты поэт?» - девушка вновь смотрит на рисунок, - «Или капитан корабля? Или вовсе иноземный принц?» На поэта незнакомец непохож, да и на принца тоже. Нет в нем изысканности, изящества, дипломатичности. Во взгляде его видна мечта – но это не мечта о славе, или признании, или жизни во славу искусства. Стремление к новому?.. Неизвестному? Может быть.

«Пират?» - думает девушка, заглядывая в глаза мужчине, - «Может быть он аристократ, в детстве похищенный пиратами, и ставший разбойником по их примеру? Но в тайне он тоскует о той богатой жизни, что была суждена ему от рождения?» Такую историю она могла бы рассказать. В задумчивости художница качает головой. Не похож. Слишком много благородного в его облике – в чертах лица, во взгляде, в едва заметной улыбке. Такой скорее умрет, чем совершит бесчестье.

Портрет незнакомца привиделся ей вчера, за обедом. Она едва дождалась конца, и сразу бросилась писать. Через полчаса рисунок был готов. «У него есть интересная история," - подумала она, едва бросив взгляд на готовую работу.

Девушка улыбается. Капитан – как она не догадалась раньше?! – вот кто он. Капитан корабля, первопроходец, отправившийся в первое кругосветное путешествие. На поиски Индии, или другой волшебной страны, или своей пропавшей жены - она еще это придумает. «А может быть, он везет важного пассажира? Загадочного волшебника, о способностях которого не знает никто на корабле?» - с лукавой улыбкой девушка касается щеки, - «В таком случае, путешествие будет очень и очень интересным… Наверняка на корабле окажутся враги и предатели. А может, корабль даже атакуют пираты. Что же будет делать Капитан?» Она вновь обращает взгляд к рисунку; мужчина всматривается вдаль, не подозревая, какие неприятности готовит ему Судьба.
nehama_leah
12 авг, 2016 11:22 (UTC)
ПОДСЧЕТ БАЛЛОВ
+ 3
arico_samaa
12 авг, 2016 15:42 (UTC)
Третий комментарий
Дай, думаю, хоррора запилю.
Грязно и много повторов, даа.

После яркого белого взблеска город становится чистым холстом перед ослепленными глазами. Угольно-черным холстом, прошитым мелкой звездной шрапнелью.
Первыми появляются дома – контуры, срезы и грани, бледным полусветом прорисованные по шероховатой поверхности. Крупинки звездной пастели рассыпаются по небу, и вот оно уже не черное, а неуловимо светлее. Потом на контуры ложатся жирные белила бликов – клякса там, клякса здесь. И снова неаккуратная рука смазывает свежую краску, и блики текут вниз по стенам, заборам, фонарным столбам, скапливаются внизу, где уже присыпана пастелью лента мостовой.
На фоне прямоугольных контуров невысохшими пятнами краски маячат тени – черные на черном, и все же иные; появляются, скользят, исчезают – поди разбери, были они там или нет.
Город вырастает из черного холста; все меньше в банке белил, все короче пастельный карандаш. Другие цвета ждут своего часа рядом, на столе.
Новая тень не просто прорисована черным по черному. Карандаш невесомо, опасливо коснулся головы, плеча, руки и ее продолжения, вырезал фигуру из мрака. Теперь она идет, не скрываясь, и там, где встречается с другими, по мостовой расплескивается новый цвет.
Алый.
nehama_leah
12 авг, 2016 16:09 (UTC)
ПОДСЧЕТ БАЛЛОВ
+2
(без темы) - arico_samaa - 12 авг, 2016 19:59 (UTC) - Развернуть
nehama_leah
12 авг, 2016 20:15 (UTC)
Четвертый комментарий (Сноходцы. Сон второй)
Сноходцы выпросили себе еще историю.



- Господи, как же я не люблю психов! — Эсса отлепила от ноги существо, напоминающее пиявку. Очень, очень большую пиявку. Штанина в том месте, где только что побывало это заметно выцвела.

Лейв запустил пятерню в волосы и виновато отвел взгляд:

- Когда ко мне обратились за помощью, я не думал, что все окажется настолько плохо. Черт, если б я знал, что творится в голове у этого ненормального, ни за что бы тебя не позвал.

- Угу, мы это уже проходили, — она вздохнула, — в конце-концов мне бы все равно пришлось вытаскивать тебя из этого бедлама. В одиночку ходить в подобные места — гиблое дело.

Откуда-то донесся тихий звук работающего вакуумного насоса, заставивший остановиться и еще сильнее прислушаться. Гул нарастал, заставляя дрожать кости. Парень огляделся, но в этой мешанине красок и форм, не сумел различить ничего, что могло бы так шуметь. Эсса непроизвольно подалась ближе, прижимаясь плечом к его плечу, а потом посмотрела вверх. На них с неотвратимостью падающего лифта неслось нечто, похожее на раздавленный пудинг, и засасывало в себя все вокруг.

Девушка попыталась схватить своего спутника за руку, но промахнулась и, ухватив за куртку, потащила за собой. Чавкающая под ногами жижа от быстрого бега разлеталась во все стороны, оставляя на экипировке размытые белесые пятна.

- Открывай дверь! — выпалил Лейв, осознав, что выбраться из этого кошмара больного сознания он не в силах — в отличие от врожденных талантов Эссы, его способности были куда скромнее.

- Не могу, — она выталкивала из себя слова вместе с воздухом, сердце бешено колотилось в груди, — не выходит.

Думать о том, сколько они выдержат в таком бешеном темпе не хотелось — в боку уже кололо, а дыхание разрывало горло. Мимо проносились цветные всполохи и вереницы образов, с хлюпаньем втягиваемые монстром. Порождение безумного разума, который уже разрушил сам себя, а теперь пытается уничтожить сноходцев.

- Налево! — выдохнул парень, подаваясь в сторону. Девушка сцепила зубы и последовала за ним к тому, что выглядело серой стеной с дверью. Конечно, особой надежды, что это сооружение выдержит воздействие преследующего их пылесоса, не было. Но оно могло дать им столь необходимую передышку.

До стены оставалось не больше десятка метров, когда Эсса поскользнулась и растянулась на животе, по инерции проезжая вперед еще немного, но так и не разжав пальцы. Почувствовав рывок, Лейв негромко ругнулся, перехватил ее запястье поудобнее и потащил — ставить девушку на ноги времени не было.

К счастью, дверь оказалась открытой.

Гул стих, едва они оказались внутри огромного ангара. Лейв лишь устало прислонился к стене и сполз на пол, чувствуя, что вот-вот выплюнет свои легкие. Он едва заметил, как к нему подкатилась Эсса и прислонилась к ноге.

***

- И что мы теперь будем делать? — девушка все также лежала на холодном полу. Грудь перестала ходить ходуном, но голос оставался чересчур хриплым.

- Искать выход, — сообщил ее спутник, не открывая глаз.

- Это понятно, — она с трудом приняла сидячее положение и стала стирать с себя остатки жижи, в которую вляпалась при падении. — Вопрос в том, как мы это сделаем? Может, если мы дождемся, когда этот человек проснется...

Ее прервал сдавленный вздох:

- Эсса…

- Что? — она удивленно застыла — такой паники на лице Лейва она не видела никогда. Тот случай во время его ученичества не в счет. — Что случилось?

Он протянул ей небольшое зеркальце. Девушка взяла его в руки и едва не выронила. Справившись с чувствами, она критично осмотрела себя еще раз: всюду, куда попала жижа, краски как будто выцвели, потускнели, оставляя на одежде и коже белые пятна.

- М-да, — Эсса задумчиво потрогала губы, левую щеку, повертела в пальцах волосы, — надеюсь я не проснусь с витилиго.

- Мне очень жаль, — Лейв вздохнул, — не стоило тебя сюда тащить.

- Ой, ладно, — отмахнулась она, — мы и не в таких переделках бывали, — девушка вскочила на ноги и неуверенно пошатнулась — натруженные мышцы дрожали.

— Так, — она уперла руки в бока, отчего стала выглядеть по-детски грозно, — об этой проблеме я подумаю потом, а пока не хочу сидеть здесь и морозить себе зад. Пойдем!

Поднимающийся со своего места Лейв мог бы сказать, что морозить такую задницу и правда очень жалко. Но он только улыбнулся и промолчал.

***

Edited at 2016-08-12 20:16 (UTC)
nehama_leah
12 авг, 2016 20:18 (UTC)
Четвертый комментарий (Сноходцы. Сон второй) Продолжен
Шаги гулким эхом отражались от стен. Успевшей продрогнуть до костей Эссе казалось, что идут они уже несколько часов — в ангаре было чересчур холодно, а запачканную жижей куртку пришлось оставить.

Неожиданно плечи окутало теплом.

- Ты вся дрожишь, — заметил парень. — Стоило раньше сказать, что замерзла.

- Я не… — она прерывисто вздохнула, закутываясь плотнее, а потом подняла взгляд: — Спасибо.

Лейв улыбнулся уголками губ и едва сдержался, чтобы не потрепать спутницу по волосам — в его одежде она выглядела совсем как маленькая девочка.

Рядом раздался стон, заставивший спутников ощутимо вздрогнуть.

- Пусть это будет не очередная черная дыра, — взмолилась Эсса, — еще один спринт по пересеченной местности я не выдержу.

Однако звук был совсем другим — глухим, полным боли и страдания. Человеческим. Шел он из самой глубины стены. Сноходцы побежали вперед, забыв об усталости и боли. Их подгоняло неприятное ощущение, что если они опоздают, то останутся в этом жутком месте навсегда.

Дверь появилась из ниоткуда. Даже не дверь, просто в стене возник зияющий чернотой проем из которого доносился запах сырости. Лейв остановился первым и схватил, собиравшуюся проскочить туда Эссу.

- Мне это не нравится, — заявил он.

Девушка вздрогнула, но затем с деланным безразличием пожала плечами.

- А у нас разве есть выбор? — и шагнула вперед.

***

Здесь было темно. Налобные фонари едва разгоняли густой мрак, позволяя видеть им на несколько шагов вокруг. Вместо запаха сырости в нос теперь въедался запах нечистот и болезни. Весь воздух будто пропитался им, обволакивая удушающим смрадом. Эсса ускорила шаг, подгоняемая тревожным предчувствием и не сумела сдержать крик, когда увидела прикованного к стене человека. Она остановилась так резко, что шедший чуть позади Лейв налетел на нее, едва не сбив с ног.

- Это… это… — девушка недоверчиво смотрела на ржавые наручники врезающиеся в тонкую, почти пергаментную кожу.

- Это хозяин сна, — сухо сообщил ее спутник и выдвинулся вперед, огибая застывшую в изумлении Эссу и доставая из кармана набор отмычек.

Следующие двадцать минут прошли в полнейшей тишине, прерываемые лишь позвякиванием цепей, да тихим бурчанием занятого работой Лейва.

- Помоги мне, — попросил он, понимая, что не удержит в одиночку обессиленное тело.

Девушка тут же подставила свое плечо и вдвоем они очень бережно уложили хозяина сна на пол. Тьма начала отступать. Сначала высоко под потолком закружились мерцающие огоньки, больше похожие на светлячков. Они спускались все ниже и ниже, кружась и выписывая в воздухе замысловатые фигуры. Огромная холодная комната, постепенно наполнялась светом, а потом он стал настолько нестерпимо ярким, что Эссе пришлось зажмуриться.

***

Когда девушка открыла глаза ничего вокруг не напоминало о месте, где они с Лейвом недавно находились. Это была залитая студия, в которой у стены рядами стояли холсты. На каждом из них — прекрасные картины, дышащие светом и фантастическими образами.

А посреди помещения за мольбертом стоял седобородый старик и уверенно добавлял кистью штрихи в свое новое творение.

- Он был художником, — тихо пробормотал Лейв, пораженный произошедшими переменами не меньше спутницы, — пока не случилось… ну, ты видела, что с ним случилось. Запер свой талант, годами не рисовал. Ко мне пришла его жена, — он развел руками и неловко закончил, — ну и вот.

Старик поднял голову. обращая внимание на находящихся в его мастерской людей.

- Юная леди, подойдите, — старик широко улыбнулся, — Не бойтесь, я сейчас все поправлю.

Эсса не сдвинулась с места, а старик уже смешивал на палитре нужный цвет.

- Да послушайте же! — художник взмахнул руками, — Вам совершенно не к лицу эта бледность!

Он был так забавен в своем гневе, что девушка не выдержала и хихикнула, а потом неожиданно для себя сделала несколько шагов вперед и встала перед мужчиной. Тот аккуратно взял ее подбородок пальцами, повертел в разные стороны, подставляя свету и удовлетворенно кивнул. Через мгновение ее лица коснулся кончик кисти и Эсса прикрыла глаза, поморщившись от щекотки.

А потом легкие прикосновения слились в одно — было щекотно, мягко, тепло и почему-то радостно.


Edited at 2016-08-12 20:19 (UTC)
Галина Кирсанова
13 авг, 2016 09:25 (UTC)
Тот самый день (пятый комментарий)
Будильник снова запищал. Я сонно нажала кнопку. Взять себя в руки и встать с кровати, что может быть проще? Ненавижу утро. А после бессонной ночи это чувство во сто раз острее. Вот что делает с человеком интересная книга. Последнюю страницу я перевернула уже под утро.
Голова налилась тяжестью, тело нестерпимо ныло.
«Сонная муха», - отметила я про себя и нырнула с головой под одеяло.
В голове крутились разные мысли, идти на работу не хотелось.
-Все, решено, увольняюсь! – решительно выкрикнула я, словно кто-то еще мог меня услышать. Перевернулась на бок, при таком раскладе можно спать дальше. И тут же подскочила. Дверной звонок разразился протяжным дребезжанием. Захлебывался на секунду другую. Начинал по новой. Кто-то явно не спешил убирать руку.
Я рванула к двери, раздраженная. Мельком заглянула в зеркало - всклокоченные рыжие волосы, опухшее после сна лицо. Только пара из ушей для полноты картины не хватает. Утро явно не задалось.
Звонок продолжал гудеть. Может проводку перемкнуло, закралась надежда. Прижалась к глазку, не тут-то было! Щуплая девчушка с рюкзаком на одном плече упрямо жала кнопку.
-Чего тебе? - крикнула я, переходя на визг.
-Я к Вам, - ответил мне тоненький голос.
- Что по квартирам шастаешь? Тебе, небось, в школе прогулы ставят?
На вид девочка не старше двенадцати.
-Нет, тетенька, не ставят. Я уже большая и работаю.
Общение мне надоело, а назойливая гостья еще больше. С силой распахнула входную дверь, я накинулась на девчонку с расспросами:
- Работаешь, значит, так кем же?
-Я Пери, - а подумав , добавила – Фея по- вашему.
- Пери-фея, да ,ты еще и врушка!- теперь точно пар из ушей повалил, подумала я про себя, - марш в школу!
- Дорогая рыжеволосая тетенька, вы теперь под моей опекой, - она упрямо придержала носком белой туфельки дверь, мешая закрыть, - я никуда от вас не могу уйти, пока не выполню свое задание.
-Какое же?- прищурившись, я впилась в нее взглядом. Малявка, явно, морочила мне голову.
-Все просто – сделать вас счастливой.
Да уж, куда проще! Я закатила глаза и впустила Фею. Все равно от нее не отвяжешься. Может сама к вечеру отстанет, а пока пусть себе старается, все лучше, чем по квартирам мотаться.
Сама не знаю, как это произошло. Мольберт и кисти я давно запрятала в дальний угол кладовки и не прикасалась к ним со времен института, похоронив мечту стать художником.
«Воды с тех пор утекло, куда мне», - рассуждала не раз.
А тут, очнулась словно, все равно на работу не идти. Весь день, как ошалелая, рисовала, а маленькая гостья подбадривала.
К вечеру я закончила свою первую картину. К концу недели еще парочку, а через несколько месяцев состоялась моя первая выставка. Почетное место на ней занимал портрет главного вдохновителя – маленькой Пери, которая случайно ошиблась дверью.
Ее тетка жила этажом выше, как раз надо мной. Малышка, впервые приехав к ней в гости, перепутала квартиру. Какое счастье, что произошло это именно в тот день, когда захотелось поверить в чудо.

Edited at 2016-08-13 09:27 (UTC)
elikrav
13 авг, 2016 09:31 (UTC)
Re: Тот самый день (пятый комментарий)
WOW!!!
Очень здорово! Прямо на душу легло!
Спасибо!
bocharov_const
13 авг, 2016 11:49 (UTC)
Пленэр (вне конкурса)
Рассказ писался в рубрике "Еженедельные зарисовки". Посему - вне конкурса
==========================
В животе предательски булькнуло. У него так всегда бывало, когда надо было решиться и начать. Начать наносить краску на девственно чистый, старательно загрунтованный накануне, холст. К тому же он с утра еще ничего не ел. В карманах – ни монеты – все спустил вчера на новую коробку красок.
Рядом, слева и справа, старательно сопели его товарищи по курсу. За три года, проведенные в одних стенах, он досконально изучил каждого. Даже не заглядывая им за плечо, он мог предсказать, кто в какой манере пишет этот пейзаж.
Например, Рив, стоящий справа. Тот быстро-быстро наносит на холст тоненькие мазки, используя для этого одну из самых маленьких кистей. Его картины всегда гладкие, блестящие, аккуратненькие. Какие-то женские.
Правее Рива стоит Некст. Тот, напротив, пишет размашисто, большой кистью, давая простор своей широкой душе. Его картины выходят грубоватыми, бугристыми. Рассматривать их можно только с большого расстояния – тогда из мельтешения разлапистых цветных пятен возникает сюжет, становится понятен замысел художника.
За Некстом стоит Юна. Она всегда становится подальше от Вана – говорит, что он ее отвлекает. Ван удивлен и слегка обижен – ему такое объяснение кажется надуманным. Лично он, когда работает над картиной – не отвлекается ни на что. Но как же начать… как сделать первый мазок… как решиться… решиться… да, надо решиться…
И он, внутренне затрепетав, собрав всю эту дрожь в тугой пучок так, что дрожь зазвенела тонко и мелодично, выдавил на палитру краску, схватил кисть и начал лихорадочно наносить на холст первые штрихи и линии – строя композицию будущей картины.
Работал он быстро, сосредоточенно, неистово. Едва сделав первый мазок, он уже представлял, как будет выглядеть вся картина. Она уже сверкала перед его внутренним взором. И теперь надо было заполнить холст краской так, чтобы картину смогли увидеть и другие.
Вдруг по рядам будущих художников зашелестело: «директор, директор идет…» И правда – оставив мотоколяску у дороги, смешно поднимая ноги в высокой траве, по широкому лугу к ним направлялся господин Флюг - директор их художественного училища. Коротко поздоровавшись с выбежавшем ему навстречу учителем, господин Флюг начал осматривать работы учащихся. Одному сделал замечание, другого-похвалил. Проходя мимо Юны, игриво потрепал ее по плечу.
Ван не замечал ничего – он творил. Очнулся только тогда, когда услышал вскрик над своим ухом. Оглянулся. Выкатив глаза, на него взирал господин директор:
- Как… как вас-с-с… зовут?..
- Гог Ван, господин директор, - услужливо подсказал учитель и бросил Вану зловещим шепотом:
- Гога, поклонись господину директору!
Ван склонил голову. Директор шумно дышал, раздувая ноздри. Несколько справившись с собой, звенящим голосом, спросил:
- Что видите вы вокруг, Гог Ван?
- Я вижу Мир, - ответил, опустив глаза, Ван.
- Какой он, этот Мир?
- Прекрасный, господин директор.
Надо признаться, что, озаренный серебристыми лучами послеполуденного солнца, Мир и вправду выглядел идиллически. Вдали, нахлобучив иссиня-черные снеговые шапки, дремали горы-великаны. Долину перед ними, сплошь заросшую высокой багряной травой, пересекала широкая ярко-желтая река, так и зовущая искупаться в своих прохладных глубинах. Высокое бледно-зеленое небо там и тут пятнали игривые барашки легковесных коричнево-серых облаков.
У реки, в редких зарослях оранжевых камышей, плескалось на мелководье стадо огромных пауков, чьи лоснящиеся жирные ляжки будили у голодного Вана мысли о вкусном и сытном обеде.
- А вы что понарисовали?
- Мир, господин директор.
- Мир?.. Вы уверены?
- Да, господин директор, я так его вижу.
- Так видите?!! – директор сорвался на крик.
Пытаясь разрядить обстановку, в разговор вмешался учитель:
- Он способный, господин директор, он очень способный! Не знаю, что на него нашло. Мы поможем ему испра..
Директор, не слушая, резко нагнулся, выхватил из принадлежащего Вану ящичка с инструментами мастихин, двумя короткими ударами, крест на крест, распорол холст, сорвал его с подрамника, бросил на землю и принялся топтать, приговаривая:
- Вы у нас больше не учитесь, больше не учитесь!
bocharov_const
13 авг, 2016 11:50 (UTC)
Re: Пленэр (вне конкурса) - окончание

Вечерело. Чавкая копытами в оранжевом иле, стадо выбралось из реки, и, подгоняемое механическими пастухами, потащилось в деревню. Один из пауков заметил в траве разноцветное пятно, подошел, звякая боталом, поближе и тупо уставился на то, что когда-то было почти законченной картиной Гога Вана, бывшего студента художественного, его Императорского Высочества, училища. Синяя тягучая слюна стекала из приоткрытого паучьего рта на белоснежные горные вершины, изумрудно-зеленые луга, бледно-голубую небесную ширь и желто-золотое блюдо солнца.
era_elto
13 авг, 2016 13:24 (UTC)
Флорентийский синдром (отрывок). ВНЕ КОНКУРСА
Села за зарисовку - и внезапно вспомнила, что у меня есть замечательный кусочек из незконченной вещи. Так уж вышло, что я неровно дышу к Ренессансу - и в университете специализировалась на этой эпохе, и по духу она мне близка. Одно из наших произведений, трилогия, которую еще предстоит переписать (ужас-ужас) - вещь, часть событий которой происходит как раз в период Ренессанса. Ну, а еще тут есть Винсент и Дана, и это говорит о многом.

- … а Киллиан не отвечает. Неужели он так разозлился только потому, что я отвлекла его от дурацкого Отдела Науки? Предложила поразвлечься и поохотиться – а он повернулся и ушел! Что я буду делать в Темном Храме в одиночестве целый день? – Дана, лежавшая на кушетке в расслабленной позе, подняла голову. – Винсент! Ты слушаешь?

- Конечно. – Я опустил кисть и посмотрел на нее. – Прости, что ты сказала?

Она села и с недовольным видом сложила руки на груди.

- Мало того, что ты отказался меня рисовать – так ты еще не слушаешь?

- Я сказал, что слушаю. Только пропустил пару фраз, вот и все.

- И сколько часов назад ты начал эту пару фраз пропускать?

Я вернулся к картине.

- Я не могу одновременно рисовать и разговаривать. Мне нужно сосредоточиться.

- Зато ты можешь одновременно писать, разговаривать Главным Хранителем, придумывать очередные буквы глупого темного языка и трепаться с…

- Не произноси это имя, - предупредил я.

Недовольство на лице Даны сменилось скукой.

- Мы договорились, что рисовать тебя я буду завтра, - продолжил я. - И ты сама вызвалась посидеть рядом. И повторюсь: я тебя слышу.

- Слышишь, но не слушаешь.

- Ты уже решила, какой портрет хочешь на этот раз?

Наживка была проглочена. Дана сосредоточилась на своих мыслях, подарив мне несколько минут тишины.

За время нашего знакомства я рисовал ее бесчисленное количество раз, а несколько месяцев назад запечатлел на одной из стен библиотеки в образе амазонки. Гости мужского пола изучали фреску, восхищенно ахали и умоляли познакомить их «с этой чарующей красавицей». Это плод моего воображения, точно так же, как прекрасные всадницы, изображенные в компании мужественных всадников на потолке (аллегория Равновесия, над которой я работал больше месяца, и Великая Тьма знает, как умудрился провести столько времени с запрокинутой головой)? Это моя знакомая, как та таинственная дама в мантии и с книгой в руках (Авирона собиралась навестить меня, но эту идею в жизнь до сих пор не воплотила и фреску не видела)? О нет, это моя сестра, как та лесная нимфа с серебряными волосами, которая играет на лире и поет луне балладу. Как часто амазонка приезжает на виллу? К сожалению, нечасто. Иначе бы она свела с ума всю Флоренцию – а пока и Парижу хватает с лихвой.

Еще одну картину, которую я рисовал с Даны, планировалось продать, но она не один месяц простояла в мастерской. От отсутствия зрителей полотно не страдало, хотя забирать его себе никто не торопился – и проблема заключалась не в деньгах. На картине Дана, полностью обнаженная, если не считать обернутого вокруг тела лоскута газовой материи, полулежала на кровати в немного неестественной – выгнувшись и откинув голову назад. Опущенные ресницы, удовлетворение на лице; еще мгновение – и с ее губ сорвется то ли крик радости, то ли стон наслаждения. Словом, разве что слепой не угадал бы в картине чувственный посыл. Достаточно явный для того, чтобы бросать на Дану красноречивые взгляды, но недостаточно (или чересчур) откровенный для того, чтобы расстаться с частью содержимого кошелька, а потом, не приведи Великая Тьма, повесить такое полотно в людном месте.

Дана, увидев картину, пришла в восторг. Она заявила, что забирает его себе – «ведь ты нарисовал меня, значит, это мое» - и отправила Александра упаковывать «подарок». Я не удивился, узнав, что картину повесили не в спальне, а на одной из стен гостиной парижского особняка Даны. Давно не бывал у нее, но многое бы отдал за то, чтобы увидеть, как при взгляде на полотно у гостей меняются лица.

- Красивый, - наконец выдала Дана.

- Браво. Такого точного заказа я давно не получал.

- Но ведь мне нравятся все твои картины, Винсент?

- Подумай еще немного.

Она села, потянулась и подняла с ковра сброшенную несколько минут назад шаль.

- Как я могу думать на голодный желудок?..

- Удачной охоты.
era_elto
13 авг, 2016 13:25 (UTC)
Флорентийский синдром (отрывок). ВНЕ КОНКУРСА. Продолж
- Спасибо, - поблагодарила Дана, подходя к дверям мастерской, а потом добавила, но обращаясь уже не ко мне: - Ты еще не спишь, мелочь эльфийская? Смотри, как бы я не поохотилась на тебя.

- Здравствуй, Великая.

Александр подождал, пока Дана скроется из виду, подошел ко мне и остановился на расстоянии пары шагов. В руках он держал конверт. Одной из первых «тайн», в которую я посвятил его после нашего знакомства, был этикет переписки. В частности, объяснил важность наличия собственной печати, а Амир оказал мне услугу, достав прекрасный экземпляр из слоновой кости. Но эльф, несмотря ни на что, каждый раз приносил мне еще открытые письма, а я отсылал их вместе с остальной почтой. Теперь же конверт был запечатан.

- Вижу, твои дела идут на лад. Кто удостоился твоего первого письма с личной печатью?

- Великий. – Увидев, что я протягиваю руку и хочу взять конверт, Александр сделал шаг назад. – Не мог бы ты передать это письмо… другой Великой?

Я взял переданный мне конверт.

- Дане?

- Нет. Другой Великой.

- Весте?

Он кивнул и отпустил глаза.

- Лицо у тебя такое, будто ты решил написать Магистру. Дана возьмет это вместе с моей почтой и передаст Весте. Но впредь ты будешь отдавать Киллиану письма самостоятельно. Договорились?

Александр поклонился.

- Спасибо, Великий.

- Если ты послал Весте свои стихи, то тебе придется набраться терпения – она может ответить тебе балладой, но до этого ее нужно сочинить.

- О нет, Великий. Это просто… письмо.

Сказав это, Александр сделал вид, что внимательно изучает ворс ковра, а через мгновение резко развернулся и, в несколько широких шагов преодолев расстояние до двери, покинул мастерскую. Я повертел в руках адресованное Весте письмо, отложил его и взял со стола колокольчик. Аллегра уже спала, и на мой зов явился слуга-вампир.

- Работать мне сегодня не дадут, - поделился с ним я. – Накрой к чаю.
iskra11
13 авг, 2016 18:06 (UTC)
Самое сложное - последние мазки, когда картина уже начинает оживать, буквально тянет руки и просит: "ну, еще один штришок!" Остановиться, не поддаться, оставить незавершенной. Раньше работали грубо - видели небось прекрасный бюст Нефертити без одного глаза. Сейчас так не делают. Ведь достаточно не дописать один локон,чуть изменить рисунок радужки, чтобы лишить портрет колдовской силы. Обыватели даже не замечают разницы, но для художников это правило тверже закона.
***
Чуть Жан вернулся домой, Нина забросала его вопросами: "Папочка, что слышно в городе? А можно мне выглянуть на улицу?" Неудачный вопрос в неподходящее время. Работы было мало, и художники с утра до вечера торчали в своей излюбленной таверне: пили и сплетничали. Содержание разговоров пугало Жана, поэтому он ответил резко: "Не называй меня так, я не твой отец!"
Нина немедленно надулась, в глазах заблестели слезы.
- Прости, малышка, но нам возможно придется уехать. Здесь все слишком хорошо знают твою историю, оставаться опасно.
- Я рада, давно хочу путешествовать, - девочка оживилась, личико ее стало мечтательным.
Жан, хотел было спросить, как давно у нее такое желание, появилось ли оно уже после смерти, но подавил в себе этот порыв. Последний год она жила в доме своих родителей и от них могла узнать все о своей прежней жизни. Вздохнув, Жан отправился искать коробку для перевозки Нины.
Ему казалось, что она стала мало похожа на ту девочку, которую он рисовал. Хотя он увидел ее только год назад. Маленькая, бледная, ее усадили в огромное кресло, и она в нем почти лежала. Ему сказали, что девочка немного больна, но отложить создание портрета родители не желали, объяснив, что собираются вскоре уехать. Только перед самым завершением, он узнал правду - ребенок умирал.
Говорят, полностью завершенный портрет забирает душу оригинала, правда ли это? Родители Нины хотели верить, что это так, умоляли завершить работу. Он так увлекся, что не заметил, когда умерла девочка - до или после того, как он положил последний мазок. Жан испугался того, что сделал. Он взял со своих заказчиков клятву молчать и постарался забыть об этой истории. Ему это удалось, но только на год - до смерти родителей Нины. Тогда он выкрал портрет, и с тех пор был в панике. "Всего-лишь новая жизнь для умирающей девочки, но меня не простят, - думал Жан, - они убьют нас обоих!"
***
План придумала сама Нина. Они должны уехать довольно далеко. Жан откроет новую студию, а портрет подарит каким-нибудь людям далеким от искусства. Она будет украшать их гостиную, лишь бы в этом доме не бывали художники. Жан хотел спасти Нину, она вызывала его сочувствие как ребенок и как собственное творение, и все же он был рад избавится от портрета. Она пугала его.
Жан спал измотанный чередой тревог и впечатлений. Нина в отдыхе не нуждалась, но часто погружалась в грезы.
- Тебе нечего бояться меня, папочка, - тихо шептала она, - вот увидишь, я не съем тебя. Ты нужен мне. Ты дашь мне новый дом и новую пищу. А потом еще и еще. Ведь ты же любишь меня.
era_elto
13 авг, 2016 18:24 (UTC)
ПОДСЧЕТ БАЛЛОВ
+1
(без темы) - bocharov_const - 14 авг, 2016 06:58 (UTC) - Развернуть
(без темы) - iskra11 - 14 авг, 2016 20:47 (UTC) - Развернуть
(без темы) - bocharov_const - 15 авг, 2016 06:54 (UTC) - Развернуть
(без темы) - iskra11 - 15 авг, 2016 19:47 (UTC) - Развернуть
top_ivan
14 авг, 2016 18:50 (UTC)
для художника самая ценная находка - зритель
зрить способны редкие избранные.
дети во младенчестве любят месить руками все что ярко и месится. замнём про современных деток в стерильных клетках.
представим пещеру в конце последнего оледенения.
по весне у входа обнажился пласт киновари, размолоченной ледником до состояния глины.
кто из двуногих детёнышей пропустит такую роскошь, чтоб не обляпаться с ног до головы? логично затем шлёпать по стенам пещеры руками и ногами, оставляя сверкающие заметы в вечном сумраке.
дети заняты, не пищат и взрослым нет дела до стен обиталища.
до тех пор, когда среди них вырос странный гоминид, способный подолгу созерцать отпечатки детских лап на стенах. ему казалось, что в черном монолите кто-то живёт -не то страшный, не то просто опасный, а может быть, на удачу, съедобный.
и на границе камня цветут его следы.
созерцатель издал охотничий рык. стая собралась. объектом для охоты мог стать и сам неудачливый зачинщик загона.
может быть, с тысячной попытки, стадо поняло происхождение следов.
и появилась логика, потом речь, а там и письменность подоспела.
но зритель детского баловства, которым занят художник, всё так же редок и подвержен всем судьбам, типичным для особых в стаде.
искусство не есть иллюстрация.
иллюстрация бывает искусством(редко), обычно это просто ремесло, равноценное ювелирке.
bocharov_const
15 авг, 2016 06:55 (UTC)
Re: для художника самая ценная находка - зритель
Здравствуйте!
Добро пожаловать на наши игры!
( 42 слов — Сказать )

Профиль

writing365
Ни дня без строчки
Мы на Facebook
- Сегодня ты писал?

- Да.

- Значит, сегодня ты - писатель.

(с) Джулия Кэмерон, "Право писать"






Яндекс.Метрика





Метки

Календарь

Ноябрь 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
Разработано LiveJournal.com